История русских родов и дворянства

Алфавитный указатель родов:

Поиск по фамилии:

Бабичевы князья Барятинские князья Бритые-Бычковы князья Бахтеяровы князья Буйносовы князья Белозерские князья Белосельские-Белозерские князья Барбашины князья Боровские князья Барклай-де-Толли-Вейрман князья Болховские князья Барановы графы Бенингсен графы Бестужевы-Рюмины графы и дворяне Бутурлины графы и дворяне Багратионы князья Боярские (Баярские) князья Брюлловы дворяне Булатовы дворяне Булгаковы дворяне Бухвостовы дворяне Бартеневы (Бортеневы) дворяне Бахметевы дворяне Безобразовы дворяне Бекетовы дворяне Беклемишевы дворяне Болтины дворяне Баташевы купцы Бардыгины купцы Бахрушины купцы Боткины купцы Балины купцы Баскаковы купцы Беловы купцы Булычевы купцы Бурылины купцы

   

Бестужевы-Рюмины графы и дворяне

(род дворян существует)

Какой-то прожектер-иностранец, подслуживаясь канцлеру Бестужеву, вздумал род Бестужевых произвести от англичанина Веста, хотя по правилам русского словообразования от Беста никак бы не прозвались потомки его Бестужевыми, а ясно, что предок их имел прозвище Бесстуж, т. е. не докучающий ничем (в смысле ходатайств какого бы то ни было рода). Понятно, что мнимое происхождение от английского предка, будто бы явившегося в Москву служить великому князю Василию Дмитриевичу, должно сбивать прямое и верное приурочение рода Бе(с)стужевых и Рюминых от новгородца, выходца в Москву — одного из образователен московских служилых родов, записанных в наши родословцы, несомненно составляемые с XV века. Это время действительно в большинстве родов и указывается по родословцам — первой форме «Степенных книг». В «Родословной книге», напечатанной в 10-й книге «Временника общества истории и древностей российских», на стр 99, кажется, очень обстоятельно указан предок рода Бестужевых, оказывающихся ветвью рода Плещеевых.

Герб графов Бестужевых-Рюминых

У Александра Федоровича Плещея, боярина Дмитрия Донского, третий сын был Федор Сильный, имевший сына Андрея, отца Тарха, Бесстужа (конечно, имевшего и христианское имя?) да Василия Косого. Род Андрея Федоровича Сильного — сказано в родословце — «в Великом Новгороде и Ростове». У Тарха (предка дворян Тарховых) были сыновья Иван да Борис, а Бестужевы дети — Пешок да Третьяк-Собака. Уже нахождение Третьяка заставляет допустить существование кроме двух других братьев и мнимого сына Беста — Гаврилы (9). Яков Рюма может быть, несомненно, братом Пешка, средним между ним и Третьяком-Собакою, предком Собакиных, которых — нужно заметить — было две фамилии в Новгороде. Якова Рюму относят ко временам Василия Темного (и действительно, в завещании его упомянуто село Рюминское), а взяв во внимание, что теперь четырнадцатое колено уже продолжается от Якова в роде Бестужевых-Рюминых, мы непременно должны — по общему расчету колен — допустить его в половине XV века, а никак не раньше. Сына Рюмы Матвея (в некоторых списках называемого ошибочно Иваном) можно искать при Иване III, и мы находим Матвея Бестужева, посла в Орду, в 1477 г. Затем, современниками Василия мы будем иметь детей Матвея: Василия, двух Иванов и Федора. Из двух Иванов — Большой Иван Матвеевич оказывается продолжателем рода Бестужевых-Рюминых до наших дней. Сын Василия — Афанасий при Иване III еще получил в Водской пятине поместье, а дети — Иван Большой и Осип Образец (убит, конечно, молодым, в казанском походе 1487 г., когда утонул брат его Илларион). Дети младшего Ивана жили при Грозном еще (1551-1565 гг.), как Андрей, например.

Родословие указывает двух сыновей Ивана Большого Матвеевича Бестужева-Рюмина (конечно, как лиц, оставивших потомство): Данила Красного и Феофана Глазатого.

У Данилы Красного были сыновья: Патрикий — род которого продолжался не дальше внуков, и Дмитрий, отец двух Иванов, Григория и Никиты. У Григория Дмитриевича были сыновья: Петр, Михаил, Никита и Федор Григорьевичи. У Михаила Григорьевича был сын, тайный советник Петр Михайлович (род. 1664 г., 1743 г.), которому в 1701 году дано прямое дозволение писаться с ближайшими однородцами Бестужевыми-Рюмиными. Петр же Михайлович Бестужев-Рюмин, женатый на Евдокии Ивановне Талызиной, был гофмейстером двора царевны Анны Ивановны в Митаве и в день коронования Елизаветы Петровны (25 апреля 1742 г.), — когда младший сын его вошел в силу при новом правительстве,- со всем родом возведен в графское достоинство. У Петра Михайловича Бестужева-Рюмина было трое детей: 1) дочь Аграфена Петровна — в супружестве за князем Никитою Петровичем Волконским; 2) старший сын граф Михаил Петрович (род. 1688 г., 1750 г.), действительный тайный советник, посланник при шведском дворе (1721-1741 г.), потом был обер-гофмаршалом Елизаветы и посланником же в Берлине, Варшаве, Вене и Париже, не имея детей от двух жен, и 3) граф Алексей Петрович Бестужев-Рюмин (род. 1693 г., 1766 г.), один из величайших русских дипломатов, начавший службу при Петре I в Ганновере, потом посол в Дании, кабинет-министр при Анне, при Елизавете вице-канцлер и канцлер, а с 1758 г. опальный, высланный в подмосковную свою деревню Горетово. Екатерина II, возвратив ему чины и ордена, произвела престарелого дипломата в фельдмаршалы. В бытность вице-канцлером граф Алексей Петрович Бестужев-Рюмин получил графский титул Римской империи (2 (13) июля 1745 г.) и от брака с Анною Ивановною Беттихер (15 декабря 1761 г.) имел одного только сына — графа Андрея Алексеевича, в день коронования Екатерины II уволенного от службы с чином действительного тайного советника и умершего бездетным в 1768 году. Со смертью его прекратилась графская линия Бестужевых-Рюминых. Продолжением потомства последнего графа мы считаем воспитанника его, коллежского асессора Николая Бестужева, которому (по указу 5 мая 1804 г.) с правом дворянским предоставлено пользоваться гербом. Герб графов Бестужевых-Рюминых, нами теперь помещаемый, представляет щит, разделенный горизонтально на две неровные части. От главы в верхнем золотом поле возникающий императорский двуглавный коронованный черный орел Нижнее же черное поле заключает эмблемы фамильного герба Бестужевых: золотой пятилистник, окруженный восемью золотыми крестами Гербовый щит графов Бестужевых-Рюминых увенчан графским шлемом и короною, в нашлемнике под которою возникающий страус (или лебедь) с распростертыми крыльями Намет черный с золотом Щитодержцы — дикари с палицами в правой рука Девиз: «In Deo salus mea» (в Боге мое спасение).

Прямыми потомками Бестужева и Рюмы остались дворянские ветви фамилии: от Дмитрия Даниловича и от Феофана Ивановича Глазатого.

От Дмитрия Даниловича ветвь рода дальше графской пошла от младшего брата Григория Дмитриевича — Никиты Дмитриевича, имевшего сына Игнатия и внука Ивана. Иван Игнатьевич имел двух сыновей: Алексея Ивановича и Дмитрия Ивановича, из которых у последнего был сын Петр Дмитриевич, отец Ивана, Семена, Степана и Дмитрия Петровичей.

В разных показаниях представителей рода Бестужевых-Рюминых разница главнейше оказывается в признавании Феофана: одними — за сына Ивана Большого Матвеевича, а другими — за сына Данилы Ивановича Красного, т. е. коленом ниже. Согласить это противоречие за неимением верных годов жизни этого лица нам покуда представляется совершенно невозможным. Между тем, считая этого родоначальника существующих родов в фамилии за сына Ивана Матвеевича, мы число колен уменьшаем, а считая его за сына Данилы Красного — на одно колено увеличиваем. Другое, по нашему мнению, более существенное разногласие оказывается в имени деда Трифона, Дмитрия и Тимофея Андреевичей. По указаниям рязанской ветви, это был Афанасий Федорович, внук Василия Феофановича; по всем же другим изводам родословцев — не Афанасий, а Алферий (Елевферий) Федорович. Нам кажется это правильно, потому что Алферий Федорович, младший сын Федора Васильевича, сам был дворянин московский при царе Алексее Михайловиче (1658-77 г.) и имел по родословию сыновей Андрея и Федора Алферьевичей, дворян же московских по списку 1692 года, а имени Афанасия в боярских книгах мы совсем не встречаем.

Устранив с помощью справки по боярским книгам разногласие в имени младшего сына Федора Васильевича Бестужева-Рюмина, мы считаем долгом указать, что у старшего Федора Васильевича был сын Иван и внук Василий, а у самого старшего сына Василия Феофановича — Ильи было пять сыновей: Федор Ильич, бездетный, как и Иван Меньшой, да Сила и Степан Ильичи. Тогда как у Большого Ивана Ильича показаны сыновья: Тихон, Данило, Прокопий и Григорий Ивановичи. Кроме двух Федоров и Ильи родословие указывает еще двух сыновей Василия Феофановича: самого младшего — Михаила, имевшего бездетного сына Ивана, и предпоследнего — Юрия Васильевича, отца двух Андреев и Петра Юрьевичей. Из них только Андрей Младший Юрьевич имел сыновей Семена и Дмитрия Андреевичей. И сами подаватели родословий спутываются в указании: чей внук был Дмитрий, отец генерал-майора петровского Петра Дмитриевича и брата его Николая — Алферия Федоровича или Ивана Игнатьевича (?). Принимая в соображение, что канцлер граф Алексей Петрович считал Петра Дмитриевича своим родственником из одной линии, следует склониться к предположению, что генерал-майор Петр Дмитриевич был сын не Дмитрия Ивановича, а Дмитрия Андреевича, как показал представитель нижегородской ветви Иван Павлович Бестужев-Рюмин. Одно тут нам казалось бы менее подходящим, что сын Андрея Алферьевича Трифон Андреевич, капитан 1744 года, а в 1709 году еще начинавший службу, просил закрепить за собою поместье убитого при Полтаве родного его брата Тимофея, не указывая, что есть кроме него другой брат — Дмитрий. А Дмитрий Иванович и Дмитрий Андреевич оба — заметим — в одно время были стольниками (1692 г.). Заметим также, что сами представители нижегородской ветви указывали особым образом происхождение ее от Никиты Дмитриевича. У Никиты они указывали сына Афанасия, внука Федора и правнука Дмитрия Андреевича, посла в Царьград в 1713 году с царскою грамотою. Сын этого Дмитрия Андреевича был Николай Дмитриевич, родившийся в 1722 году, женатый на Пелагее Ивановне Свечиной, секунд-майор, в службе с 1741 года, отец Дмитрия Николаевича (младшего) и (старшего) Павла Николаевича, надворного советника (род. 1760 г., 1821 г.), городничего в Горбатове, помещика Горб. у. Павел Николаевич взял за женою с. Кудряшки, а женат он был на дочери Василия Никитича Грушевского — Екатерине Васильевне и в браке с нею имел сыновей: 1) Ивана Павловича, род 1788 года (с 1817 г. ротмистра, потом статского советника, управляющего нижегородскою Удельною Конторою); 2) Владимира Павловича (убит. под Фридландом); 3) Николая Павловича, капитана (род. 13 июня 1791 г., 1848 г.), женатого на Вере Николаевне Поливановой; 4) Александра Павловича (род. 1792 г., 1848 г.) и Михаила Павловича (род. 1802 года, казнен 13 июля 1826 г.).

У Николая Павловича были дети: Константин (род. 14 мая 1829 г.), профессор истории с.-петербургского университета; Валериан (род. 19 марта 1843 года); Василий (род. 15 сентября 1835 года); дочь Софья (род. 26 сентября 1837 г.); сын Николай (род. 1 февраля 1840 г.), вице-директор департамента духовных дел иностранных исповеданий; дочь Любовь (род. 5 июня 1841 г.) и дочь Надежда (род. 10 октября 1847 года).

Потомство Трифона Андреевича (капитана 1744 г., женатого на Екатерине Михайловне) представляется в лице его сыновей: Андрея Трифоновича, капитана 1763 г., Василия, Михаила и Максима. У Андрея были дети: Федор, Николай, Алексей, Анна и Наталья. У Федора — сын Николай, оставивший детей: Федора (род. 1828 г.), Василия (род. 1830 г.), Николая (род. 1831 года) и Александра (род. 1838 года).

   



   

«История русских родов»
О проекте
Все права защищены
2017 г.