Бухвостовы дворяне

(существующий род)

Дворянский род Бухвостовых известен был уже в XV веке, хотя родословие ветви, к которой принадлежал С. Л. Бухвостов, не дает нам возможности указать теперь в надлежащей точности и последовательности другие колена. Так, например, мы не можем указать даже, к одному ли и тому же роду принадлежали известные по разрядным книгам: Василий Иванович Бухвостов, воевода в казанском походе 1544 г., Иван Михайлович Бухвостов, бывший в шведском походе 1549 г., и Иван Константинович Бухвостов, убитый при осаде Казани. Мы и теперь даже решительно не в состоянии отнести Евстафия Дмитриевича Бухвостова, убитого под Смоленском (в 1634 г.), к одному роду с Григорием Дмитриевичем же, родоначальником ветви Бухвостовых, нам известной по родословию и составляющей прямой предмет настоящей статьи нашей. Однако мы не теряем еще надежды со временем доискаться до точных известий и самого происхождения фамилии. Тогда мы постараемся сообщить и окончательные результаты своих исследований с дополнениями, где требуется, прося теперь извинения за недостаточную полноту. Генеалогия и княжеских родов у нас далеко еще не разработана вполне, так где же требовать полноты от родословной рода дворян, никогда не игравших первых ролей в московской царской администрации.

Герб дворян БухвостовыхВ ожидании дальнейших разъяснений позволим себе начать род с имени Григория,- хотя по отчеству нам неизвестного, но открываемого по сыну, Борису Григорьевичу, московскому дворянину, упоминаемому в боярских книгах под годами 1658—1677. Борис Григорьевич Бухвостов имел четырех сыновей: Леонтия, Степана, Кузьму и Василия Борисовичей. Из них Леонтий (старший) служил в конюшенном царском чине. Вторым был Степан, третьим — Кузьма (стряпчий 1671—1677 гг.), а младший — Василий (в 1668 году стряпчий, в 1671—1686 гг. стольник), бывший в 1674 г. головою в третьем приказе московских стрельцов. В год самодержавия Петра I он сделан думным дворянином, а потом был воеводою в Пскове и окольничим. Это самое известное лицо из всей фамилии в XVII веке. У него был сын Иван Васильевич, стольник, отец Льва Ивановича, капитана 2-го московского полка, женатого на Аграфене Петровне, по смерти его вышедшей снова замуж за поручика Ивана Карамышева. От брака Льва Бухвостова родились три сына и дочь Анна, бывшая за поручиком Алексеевым. Сыновья: Александр — в чине прапорщика, Петр — московский прокурор и Иван (род. 1728 г.) — капитан, оставивший двух сыновей: Ивана и Петра. О включении сына последнего — Дмитрия в родословную кн. возникло дело (по Саратовской губернии, 1847 г., № 21, по архиву департамента герольдии). Это и была тульская ветвь фамилии Бухвостовых.
Потомства от Кузьмы Борисовича мы не знаем, но имеем представителей пяти поколений от Степана Борисовича, оставившего шесть сыновей: Ивана, Моисея, Даниила, Никиту и Михаила. Потомство оставили двое первых: у Ивана были две дочери: Ирина — за Пущиным да Марья — за Валуевым и сыновья: Кондратий (стольник 1689—91 г.) и Марк, детей которых мы не знаем. У Моисея Степановича было три сына: Гавриил, Иван и Федот, служивший в артиллерии и выпущенный в отставку подполковником, у которого были сыновья: Афанасий, сержант, и Никита, оба служившие в гвардии. У Никиты были сыновья Семен и Леонтий. У Ивана Моисеевича было только четыре дочери: Авдотья 1-я (за Каурчиным), Авдотья 2-я (за Станкеевым), Матрена (за Шушериным) и Настасья (за Лебедевым). У Гавриила же Моисеевича был один сын Николай, служивший в гвардии рядовым и оставивший дочь Василису (замужем за Ломакиным) и сына Гавриила, кирасирского ротмистра.

Переходим к потомству старшего сына Бориса Григорьевича — Леонтия Борисовича. Он был отцом трех сыновей: Ивана, Сергея (не оставивших потомст-ва) и Флора, ротмистра рейтарского строя, род которого продолжается. Сергей Леонтьевич Бухвостов (1659—1728 гг.), начавший службу в конюшенном штате, заменил отца, ничего не выслужившего под старость. Сергей, видя ненадежность там выслуги, в ноябре 1683 года записался первым в потешные к одиннадцатилетнему царю Петру I, за это впоследствии прозвавшему его «первым русским солдатом». Сергей Бухвостов был в Кожуховском походе, в обеих кампаниях азовских и к началу Северной войны дослужился до капрала. Нотеборг, Архангельск, Нарва, Лесное, Доброе, Полтава — ряд подвигов гвардии и отличий «первого русского солдата», повышенного в капитаны артиллерии к концу славной борьбы царя со шведским Алкидом, завершенной бегством в Турцию. Померанская кампания — именно взятие Штетина — положила предел боевому поприщу заслуженного воина. Под Штетином получил он до того тяжелую рану, что Петр I, признательный к заслуге и входя в положение искалеченного храбреца, произвел его в майоры артиллерии с зачислением в петербургский гарнизон, где и пробыл «первый русский солдат» до смерти своей, пережив государя-благодетеля своего тремя годами. После Ништадтского мира Петр I велел скульптору графу Растрелли сделать бронзовый бюст С. Л. Бухвостова, при Анне переданный на хранение в академию наук, где с него нарисовал и награвировал портрет «первого русского солдата» один из почитателей его памяти — М. И. Махаев. Гравюра Махаева с подписью на русском и французском языках, излагающею акты из жизни Бухвостова — впрочем, с весьма важными ошибками — составляет редкость, так как доска неизвестно где, а оттиски в продажу не поступали и число их в обращении очень невелико. «Первый русский солдат» никогда женат не был и завещал свой скромный достаток брату Флору, оставшемуся единственным продолжателем своей фамильной ветви.

У Флора Леонтьевича было четыре сына: Михаил и Борис — ротмистры рейтарского строя, Воин, в рейтарах дослужившийся до чина поручика, да Василий, за болезнею не служивший совсем, но женатый и оставивший двух дочерей: Дарью (замужем за Ширяевым) и Марью (за Комаровым). Старший из братьев — Михаил имел трех сыновей: Адриана, Степана и Артемия, из которых потомство осталось от второго. Именно было три сына и две дочери (Анна и Прасковья). Из сыновей его старший — Петр, надворный советник, был отцом двух сыновей и двух дочерей (Прасковьи, бывшей за Казадаевым, и Анны — за Ивановым). Старший из сыновей — Яков, гвардии поручик, женатый на Марье Сергеевне, урожденной Байковой, от брака с нею тоже оставил дочерей, вышедших в замужество за Лефнера, Васюкова, Черкесова и Элевтерова. Так что род Петра Степановича Бухвостова прекратился. Тоже не оставил потомства и второй брат его — Михаил. Род продолжался до настоящего времени от третьего брата их — Степана Степановича, подпрапорщика великолуцкого батальона, женатого на Пелагее Ивановне Алексеевой и имевшего трех сыновей, из которых средний (второй) — Александр Степанович (1796—1841 г.), герой Наварина, а потом чиновник гражданской службы (надворный советник) имел сына Николая, умершего штабс-капитаном (1865 г.), и двух дочерей. Детям старшей из них да младшей сестре (Надежде Александровне) с матерью оказана Высочайшая милость в память заслуг предка «первого русского солдата» по случаю юбилея Петра I. Особы, удостоенные монаршей милости, судя по родословию, у них находяще-муся, по старшинству действительно ближайшие потомки Серг. Л. Бухвостова, фамилию которого они носят.

Существует, впрочем, и потомство от второго сына Флора Леонтьевича — Бориса; он был отцом пяти сыновей: Семена, Ивана, Григория, Емельяна и Никифора. От старшего из них род не мог продолжиться, так как он оставил одну дочь Федосью, вышедшую за Лихачева. Двое младших братьев тоже показаны в родословной табели без потомства совсем. Третий брат Григорий, поручик при отставке, оставил двух сыновей и дочь. У второго же из братьев — Сергея было два сына: Петр и Иван (капитан), как представители ветви от Михаила Флоровича — помещика Псковской губернии. Второй сын Бориса Флоровича — Иван Борисович, премьер-майор артиллерии, испомещен был вместе с братьями тоже в Псковской губернии. Он оставил двух дочерей (из которых старшая — Елена была за Коханским) да сына Матвея, капитана армии. У Матвея был сын Яков, а у Якова — Василий, от двух браков оставивший двух дочерей да четырех сыновей: Виктора, Михаила, Николая и Павла Васильевичей Бухвостовых.

Помещаемый теперь герб фамилии дворян Бухвостовых в «Гербовнике» не находится. Его употребляла фамилия с начала XVIII века, судя по характеру орнаментов щитка. На нем представляется олень с мечом в передних ногах, держимым острием вверх. Ни цвета поля гербового щита, ни колеров намета обозначить мы также не можем по получении рисунка герба только с печати. Гербовый щиток увенчан дворянским шлемом и короною, и в нашлемнике представлена возникающая рука, державшая ключ кольцом вверх. Не намек ли на Шлиссельбург (Ключ-город) вырезал на печатке своей «первый русский солдат».

Поделитесь в социальных сетях:vKontakteFacebookTwitter
Напишите комментарий