Костромского Галича (Мерьского) второй династии князья

(угасший род происшедший от великих владимирских князей)

Судьбе владетелей наследственного Боровского удела, можно сказать, предшествовал совершенно подобный же случай захвата Дмитрием Донским в 1375 году княжения Галича Костромского от пятого по порядку преемника этого наследства от предков.

Взяв в свои руки Галич, издавна славившийся своим солеварением, Донской назначил его в удел своему третьему сыну князю Юрию Дмитриевичу, назвав приобретение это куплею деда. Но сказание о покупке Галича Калитою у какого-то не существовавшего в действительности князя Федора Семеновича — очевидная сказка позднейшего сочинения, тогда как прогнание военною силою Галицкого князя Дмитрия Ивановича — событие несомненное (1375 г.). Оставляя спор о точности смысла фраз в завещании Донского, заметим только слова, определяющие пределы княжения Юрия Дмитриевича — «Галич со всеми волостьми и селы… и с теми… которые тягли к Костроме, Микульское и Боровское». Кроме Галича, Донской отказал своему сыну Юрию Звенигород с волостями, Юрьеву слободу, несколько сел, Вышегород, Дмитриеву слободу и подмосковные.

Князь Галицко-Звенигородский, Юрий Дмитриевич, род. 26 ноября 1374 г. в Переяславле, при конце своего жизненного поприща сделался великим князем и 6 июня 1434 г. в Москве внезапно. В духовной своей он велел платить с своего удела великому князю 1026 рублей в счет 7000 руб., вносимых (как ежегодная дань России) в казну ханскую. По этому расчету можно судить о значении вообще Галицко-Звенигородского удела в составе русских областей в первой половине XV века. Князь Юрий Дмитриевич был женат (с 1400 г.) на Настасье, дочери князя Юрия Святославича Смоленского, умершей 1422 г. в Звенигороде, где жили они. От этого союза было три сына: Василий Косой (1448 г.), женатый на дочери князя Дмитрия Заозерского, Дмитрий Шемяка (1453 г.) и Дмитрий Красный (род. 1420 г., 1440 г.), князь Бежецкий, обмирание которого описано в летописи, как чудесный случай. Подвиги Косого и Шемяки, кончившего жизнь от отравы в Новегороде, так известны из истории, что мы здесь говорить о них не должны дальше связности генеалогических указаний о потомстве в лице сына Шемяки — Ивана (упоминаемого при кончине отца и после 1454 года) и внука Василия Ивановича.

Поделитесь в социальных сетях:vKontakteFacebookTwitter
Напишите комментарий